вторник, 16 февраля 2016 г.

125 лет со дня рождения Анны Радловой



Сегодня отмечается 125 лет со дня рождения поэта и переводчика Анны Дмитриевны Радловой (1891-1949). 

        

Основное содержание ее поэзии  – это мир личных настроений.  С 1918 по 1922 год вышло три поэтических сборника А. Радловой. Затем она увлеклась переводами и всецело сосредоточилась на театральной работе. Ее муж Сергей Эрнестович Радлов (1892-1958) в 20-30-е годы был одним из самых известных театральных режиссеров Ленинграда. Современники оценивали поэзию Радловой как позитивно (М. Кузмин, В. Чудовский), так и негативно (Э. Ф. Голлербах, Р. Б. Гусман, М. С. Шагинян). В начале 1920-х годов некоторые критики, как например круг Михаила Кузмина, отводили Анне Радловой место первой русской поэтессы. 


Судьба Анны Радловой сложилась трагически.  В 1946 году вместе с мужем она была арестована и приговорена к длительному сроку заключения. О последних годах ее жизни, проведенных в лагере под Рыбинском,  мы узнаем из писем С. Э. Радлова к актеру Владимиру Ивановичу Чобуру  (1910 -1981)


                                                              В. И. Чобур
 
Находясь в заключении, С. Э. Радлов руководил лагерной театральной труппой, которая регулярно давала представления как в Волголаге, так и других лагерях, довольно часто выезжая на гастроли. В письмах Радлова встречаются постоянные упоминания о таких поездках. Кроме того, Сергей Эрнестович в своих письмах уделяет большое внимание разбору предстоящих спектаклей, делится своим видением новых или уже состоявшихся театральных постановок, высказывается о прочитанных книгах. При всем том, почти в каждом письме содержатся, хоть и весьма краткие, сведения о жизни и занятиях Анны Дмитриевны. Вот небольшие выдержки из нескольких писем Сергея Радлова, полностью опубликованных в № 10 журнала «Театр» за 1992 год.

                                                                   С. Э. Радлов



4 июня 1947


…Внешне наша жизнь сейчас очень мало суетлива. Анна  начала работать над интересным шекспировским концертом, но сейчас это временно отложено из-за отъезда труппы, которая с большим успехом играет «Русский вопрос», карасевский «Туман» и мн. др. В соседнем лагере ставлю в самодеятельности чеховский «Юбилей» и вспоминаю, как блестяще играла в 43-44 гг. Марчуткину Ляля Суйковская… 


12 декабря 1947


Прочел «Бурю» Эренбурга и сейчас читаю «Падение Парижа». Кроме того, массу пьес, включая великолепные «Глубокие корни». Анна же, кроме всего того, изучает Вольтера (здесь в библиотеке прекрасное французское издание) и знакомит меня  с самыми увлекательными местами. Вот и вся наша жизнь. Обнимаем Вас обоих оба…

                                   Анна и Сергей Радловы среди артистов лагерного театра

 
9 марта 1948


Февраль – плохой для меня месяц! – принес мне много волнений, прежде всего о здоровье Анны, у которой вновь очень повысилось кровяное давление. Все же она удивительно бодра, и я черпаю в ее уме и талантливости неиссякаемую силу энергии и жажды творить.



24 июня 1948

Пока … у нас нет ничего особенно нового, и время то ли ползет черепахой, то ли несется птицей. Однообразие создает эту игру двойственного ощущения. Анна Дмитриевна начала это лето хуже предыдущего, но теперь, чтобы не сглазить, выправилась и чувствует себя прилично: даже довольно усердно занялась – не без моей помощи – местной самодеятельностью…




28 января 1949


Беседуя с Вами – в нашей переписке, - мы с Анной постоянно делились впечатлениями о том, как Вы интересно и самобытно думаете об искусстве и о жизни. Вы пишите, что привыкли много читать и думать. Анна припоминает, что Александр Блок в годы роковой своей болезни говорил ей: «Не могу больше ни читать, ни думать», - так же соединены  эти два важнейших для настоящего человека занятия, как это делаете Вы.


26 февраля 1949


Милый Володя, вчера я похоронил Анну. Она скончалась 23 утром после четверти часа мучений. То, что я продолжаю существовать, доказывает мне, что я трус и подлец и что гнусный инстинкт самосохранения оказался сильнее логики, разума, чувства долга и приличия… Я хочу сказать Вам только одно – что Ваши письма доставляли Анне всегда большую радость и что Вы есть на свете, было для нее всегда нежным утешением. За эти три года мы знали много минут счастья, и я  на четвертом десятилетии нашего знакомства еще более ее полюбил, еще более восхищался ее духовной красотой, благородством, талантом, неповторимостью.  

1 января 1950


…Вот, дорогой Володя, не дожил я и до тридцатипятилетней свадьбы. Работой глушу себя до опьянения… Сдал очень удачный концерт. Воспользовался тем, что у меня в составе сильное меццо (оперная артистка) и поставил несколько сцен из «Кармен», «как у больших», по-оперному. Часто думал, как бы наслаждалась Анна, слушая талантливую певицу и даже наш скромный оркестр, исполняющий эту,    ее любимую, гениальную музыку…





 

Комментариев нет:

Отправить комментарий